Меню Рубрики

Третий день они в пути дальше мочи нет идти

Среди сопок зона, а на зоне «Кум»
Тянет службу медленно и верно.
Лес сплавляют зеки по реке Котуй
По реке давным-давно, наверно.

Отсвистели вьюги, полегчал мороз,
Белые метели не лютуют.
Вдруг весной из центра «Кум» жену привез,
Молодую, стройную такую.

«Кум» – мужик серьезный, в звании майор,
Красотой мужской не отличался.
И гадали зеки, долго длился спор –
Как он с этой лялей повстречался.

«Кум» вовсю старался лялечке своей
Сделать в глухомани праздник вечный.
Даже стало, как-то, в зоне потеплей,
Как-то стало в зоне человечней.

Глазки голубые, волосы, как смоль,
У жены блюстителя закона.
Дали ей блатные, с ними и конвой,
Погремуху звучную «Ворона».

А когда «Ворона» шла к себе домой,
В ватничке, отделанном овчиной,
Исходил слюною бедный пол мужской —
Вот такой была она красивой.

В лагере, в отряде, кажется, седьмом,
Срок тянул нешуточный, недетский,
В зоне жил все время дерзким пацаном,
А в Москве — пацан был люберецкий.

Парня звали Леха, погоняла — «Змей»
За наколку синюю на сердце.
Все места «святые» кровью мыл своей
БУР и ЗУР, да изолятор смерти.

«Змею» не писала девочка его,
Та, что так любил на воле вольной.
Не было у Лехи ближе никого,
В этой жизни, в общем-то, достойной.

Как-то с мужиками на лесоповал,
«Змей» побрел развеяться без толку.
Вдруг, он у поселка девку увидал,
И на сердце дрогнула наколка.

Зеки зашипели: «Вон, она – «Кума»,
Вон, она – красавица «Ворона»».
А она спокойно близко подошла,
Чистая такая, как икона.

Встретились их взгляды этим светлым днем,
Приутихли, вдруг, конвой и зеки.
«Змею», как прошибло, тело все огнем,
Слезы сильно кусанули веки.

Перед ним стояла девочка его,
Та, что так любил на воле вольной.
И не было у Лехи ближе никого,
В этой жизни, в общем-то, достойной.

Она думала, как ложилась спать: «Леха – дурачок.
Знать не понял ты, не почувствовал ничего.
Ну, а я взяла и решилася на такой рывок,
Не подумала, не послушала никого.

Что мне стоило зацепиться здесь вот таким путем,
Через что прошла, что проплакала – знает Бог.
Лишь одна любовь согревала плоть и в ночи, и днем,
Значит, Боженька все услышал там и помог».

Ну, а он не спал, искусал совсем свои губы вкровь,
Жег обидою сердце гордое, как огнем.
Только взгляд ее перед ним во тьме появлялся вновь,
И преследовал ночью черною, да и днем.

А «Ворона», вдруг, через пару дней делом занялась,
И в конторе сев, лесом принялась торговать.
Ну, а «Кум» себе: «Делом правильным баба занялась.
Буду ей во всем потихонечку помогать».

А по весне стальное небо стало синим,
Запахло хвоей, тисом, распушился кедр.
Ведь только в сказках жизнь проходит так красиво,
А без любви красивой жизни нет совсем.

«Кум» спросил ее: «Может быть тебе в помощь дать кого?»,
Кинул списки ей поотрядные полистать.
А она потом, среди четверых назвала его,
Что подумают, то подумают, наплевать.

«Змей» с утра узнал, что в конторе впредь будет помогать,
А братва ему: «Леха, ну, тебе повезло!
Будешь ты теперь за колючкою каждый день бывать,
Расконвойным быть – дело нужное, всем назло».

Через восемь дней они встретились в тишине вдвоем,
Что он мог сказать, что он мог спросить, не грубя?
А она ему: «Я люблю тебя, мы с тобой уйдем.
Положись во всем, Лешка родненький, на меня».

А на вышке спит, автомат прижав, щуплый часовой,
И собаки все, словно сгинули, и молчат.
Станет потеплей солнце бледное завтра над тайгой,
Если сердца два в такт тихонечко застучат.

А ты весь поседел,
С мужчинами бывает.
Но, с искоркой глядят
Усталые глаза.
Листы календаря
Жизнь каждый день срывает.
Я, кажется, сто лет,
Не видела тебя.

Постой, я прикурю
Из рук твоих красивых.
Пусть тянется дымок
Над нами и землей.
Ты знаешь, впереди,
Так много дней счастливых.
Все будет хорошо,
Поверь у нас с тобой.

Снег скоро растает,
Снег скоро сойдет.
Жизнь, жизнь все расставит
И подождет,
И подождет,
Нас подождет.

А я тебе писал,
Так много и отчаянно.
Ну, что я мог сказать,
На маленьком листке?
Ну, вот мы говорим,
И значит не случайно,
Мы встретились с тобой
В далеком далеке.

Курсив – мужской вокал
Печать – женский вокал

Господи, прости влюбленных, огради от бед,
В их пути нелегком укажи на свет.
Господи, придай им силы, верой озари,
И с надеждой вместе не лишай любви.

Быстро течет река, скользкие берега,
Жаркое лето.
Странный он человек, ночью идти в побег,
И по реке все вперед и вперед до рассвета.

Взяли они с собой два рюкзака с едой,
Знала Ворона.
Маленький плот, толкнув, Змей, побежал, сверкнув,
Взятым у Кума ТТ с горстью медных патронов.

Злится река – Котуй, ей-то чего, лютуй,
Бьет на порогах.
Лагерь подняли весь, Кум был то там, то здесь,
Бросил в тайгу поисковый отряд по тревоге.

Пятый идет денек, сколько еще тревог,
В воздухе чисто.
Леха завис с шестом – брось, отдохнем потом,
Смерть подкралась и над Змеем с Вороной повисла.

Господи, прости влюбленных, огради от бед,
В их пути нелегком укажи на свет.
Господи, придай им силы, верой озари,
И с надеждой вместе не лишай любви.

Гнус и комар, как тень, рядом который день,
Крутятся бревна.
Трудно грести вперед, черт, видно, не дает,
Вдруг, в облаках вертолет черной тенью огромной.

Речка и бревна в ней, двое бегут людей
Словно по льдинам.
Сверху майор стрелять, вот, его в душу мать!
Пули посыпались кучно на них, как маслины.

Вот он в нее попал, Змей, словно пьяный, встал,
Крикнул надрывно.
А впереди земля, медлить теперь нельзя,
Бьется о камни водица с крутого обрыва.

Он ее потащил: «Хватит, родная, сил!»,
Сзади стреляли.
Кровь по рукам текла, смерть на лицо легла,
— Милый, оставь и беги, — ее губы шептали.

Вот, впереди обрыв, Змей с ней над ним затих,
Страшно заплакал.
Камнем два тела вниз, души голубкой ввысь,
Пусть теперь бесятся здесь над обрывом собаки.

Злится река – Котуй, ей-то чего, лютуй,
Зверь кричит где-то.
Вот, полосою свет, скоро придет рассвет,
И вместе с солнцем проводит короткое лето.

У воды, что вдаль несется, в ночь костер горел,
А здоровый, рослый парень лом в огне вертел.
Жидкость, что комар не любит, лил на этот лом,
Чтобы мутный спирт, струился в котелок потом.

Этот спирт давал он, молча, девушке одной,
Что лежала без сознанья на земле сырой.
А река – Котуй бесилась, почему бы, нет?
Бросив, на берег пустынный черный пистолет.

Пистолет в пакете крепком — черный, именной,
С рукояткою красивой из кости резной.
Парень слышал лай собачий, крики и стрельбу,
Он поднял ее и быстро поспешил в тайгу.

Там землянка, как пещера, шкуры в ней лежат,
А кругом большие ели, комары жужжат.
Он натёр ее всю спиртом, раны все промыл,
И большим тулупом теплым с головой укрыл.

А на юг тянулись караваны птиц,
И стекали капельки у нее с ресниц.
Караваны птиц. Капельки с ресниц.

Ему было двадцать девять, звали все – Иван,
Присосался, прицепился к этим он местам.
Он геологом когда-то все здесь исходил.
А с весны холодной этой, золотишко мыл.

Он один не побоялся лето жить в тайге,
Он почти не спал, копался сутками в реке.
И песок, и самородки, если все считать,
То намыл «рыжья» за лето килограммов пять.

Улетая, покружился серый вертолет,
Не успеешь оглянуться, как зима придет.
Он хотел уже срываться с этих диких мест,
В дальний город пробираться через мох и лес.

Вытирал он капли пота у нее с лица,
И решил, пусть будь, что будет, вместе до конца.
Вот немного отлежится и в себя придет,
А зимой он через сопки в город с ней уйдет.

Закружилась осень, листья наземь бросив,
Закружилась осень мокрая.
А за сопкой где-то растворилось лето,
Лето, как и жизнь, короткое.

Затуманив, дали, серыми дождями,
А кору на соснах ржавчиной.
Закружилась осень, может снега просит,
Может снега просит мягкого.

Осень на Севере влагою дышит,
Синим туманом лежит.
Осень на Севере птиц не услышит,
Очень спешит.

Вот зима сковала лед,
Все живое мрет и мрет.
На снегу, как пятна крови, снегири.
Если хочешь дальше жить,
Надо срочно уходить,
Уложив все барахлишко до зари.
До Хатанги далеко,
Пробираться нелегко.
Море Лаптевых, как пьяная мечта,
И Иван сказал: «Пойдем!
Если есть Господь, дойдем,
Или нас сожрет мороз и пустота».

А Ворона чуть жива,
Три недели, как от сна.
Разбудила жизнь тяжелою рукой.
Шепчет: «Милая, нельзя!
Сын под сердцем у тебя,
Подыхает пусть уж кто-нибудь другой».
И пошли они в мороз,
Он ее и груз повез.
Поволок через сугробы на себе,
Вверх по руслу с этих мест,
Бог не выдаст, черт не съест,
Жизни три, молясь, доверились судьбе.

Ветками качали над землей,
Между белым снегом и зарей,
На мгновенье отойдя от сна,
Вековые кедры и сосна.

Двадцать дней они в пути,
Дальше мочи нет идти,
В пистолете есть всего один патрон.
Съели все, что можно съесть,
Он решил на землю сесть,
Продлевая жизнь себе и ей огнем.
Рядом с ними третий день,
Волчья стая, словно тень,
Ждет удобного момента для броска.
Он все время жжет костер,
Но и зверь не прост – хитер,
Поскулив, сомкнул кольцо, наверняка.

С малых лет не знать нельзя,
Что боится волк огня,
Да, боится, если хоть немного сыт.
А когда слюна течет,
Волк за метром метр ползет,
К той добыче, что в пяти шагах сидит.
Человек подумал: «Все!»
И собрав тепло свое,
Стал лицо ее замерзшее тереть.
Мог ее он застрелить,
Но шепнул: «Ты будешь жить!
Я не дам тебе сегодня умереть!»

Может он — не знал и сам,
Парень с именем — Иван,
Почему он столько сделал для нее.
Это знает только Бог,
А Иван, как видно, смог,
Ей подставить сердце сильное свое.
Он разрыл поглубже снег,
Чтоб вместился человек.
Костерок под черным небом догорал.
Завернул ее в тулуп,
Положил на землю тут,
И поверх снежком холодным забросал.

На нее он грудью лег,
Пистолет обжег висок,
Волки, словно по команде поднялись
Тишину порвал хлопок,
С елок рухнул вниз снежок,
Облака на юг стремительно неслись.
Вот зима сковала лед,
Все живое мрет и мрет,
На снегу, как пятна крови снегири.
Зарумянился рассвет,
На снегу крестом скелет,
Словно памятник в тайге с Большой Земли.

В черном небе светит одинокий месяц
А в полоске света белый снег кружит
Пролетели годы и огромный город
И огромный город в тишине лежит

Холодный снег на Рождество в ночи кружит,
Играет с ветром и слезой на стеклах тает.
А город в ночь на Рождество совсем не спит,
И потихоньку за окошком рассветает.

Холодный снег на Рождество укрыл дома,
Красивой вязью переплел стволы деревьев.
И еще долго-долго теплая весна,
Не станет трогать эти снежные творенья.

Слышишь, Рождественский снег,
Хочется верить,
Что ты весной улетишь
Снова на Север.
Слышишь, Рождественский снег,
Пусть мне приснится,
Как ты над сонной тайгой
Будешь кружится.

Холодный снег ворвался в сердце навсегда,
И застудил, и заморозил сильно душу.
Слезой холодной пролетел через года,
И сильный ветер эти слезы не осушит.

Мягкий снег разносит ветер где-то над Москвой,
Хочет землю теплую покрыть.
Все никак не удается женщине одной,
Маленького сына уложить.
— Мама, я попозже лягу, сразу же засну,
Я давно хотел тебя спросить,
Я свою одежду, мама, после уберу,
Можно мне с тобой поговорить?

У красивой мамы очень грустные глаза,
И уже седая прядь волос.
Никогда она не сможет сыну отказать:
«Задавай свой маленький вопрос».
— Мама, я искал открытки в ящиках стола,
Извини, случайно я нашел
Там, в коробке черной, где бумаги у тебя,
Пистолет тяжелый и большой.

Я его, увидев, мама, только подержал,
А потом на место положил.
Он на старых серых фотографиях лежал,
Я не буду трогать, пусть лежит.
Я все эти фотки, мама, тоже посмотрел,
Там какой-то дядя молодой.
На одной помятой сбоку надпись – «Алексей»,
А на остальных он, мам, с тобой.

Ты не плачь, мамуля, и, пожалуйста, прости,
Еще можно несколько минут?
Пусть они там, в школе, мам, ты только не грусти,
Вороненком все меня зовут.
Если хочешь, я поеду в этот раз с тобой.
К тем, мамуля, стареньким крестам.
И не буду хныкать, мама, сколько хочешь стой,
У плиты, что с надписью – «Иван».

У красивой мамы очень грустные глаза,
И уже седая прядь волос.
Маленького сына, тихо плача, обняла:
«Вот, сынок, какой большой вопрос».
— Ты, Алешка милый, поскорее засыпай,
Я тебе тихонько расскажу,
Про далекий белоснежный позабытый край,
Северные реки и тайгу.

Спи, мой маленький сын, пусть приснится тебе,
В белых шубах мохнатые ели.
И непуганый зверь, что бредет по тайге,
По весне, дожидаясь капели.
Пусть приснится тебе, как большая сова,
На пушистую ветку садится.
А под снегом лежит голубая тайга,
Синий иней на елях искрится.

А короткой весной птицы громко кричат,
Разбудив, льдом укрытые реки.
А у сосен стволы, оживая, скрипят,
И стоят, замирая, на веки.
Лето быстро придет и задышит жарой,
На полянах поспеет морошка.
Ну, а где-то в тайге, с голубикой лесной,
Ягель ляжет зеленой дорожкой.

Спи, мой маленький сын, на ресничках твоих,
Пусть просохнет скупая слезинка.
Ветер тем, за окном пошумел и затих,
Превратив воду с неба в снежинки.
Падал снег за окном, мальчик маленький спал,
И уснула красивая мама.
В тишине перед ней парень рослый стоял,
И во сне она тихо сказала.

А ты совсем седой, c мужчинами бывает,
Но с искоркой глядят усталые глаза.
Листы календаря жизнь каждый день срывает,
Я, кажется, сто лет не видела тебя.

А я тебя искал повсюду очень долго,
Я жил одной тобой, надеясь и любя.
Я так тебя ждала, молясь и веря в Бога,
Здесь рядом спит наш сын, кровинушка твоя.

Снег скоро растает, снег скоро сойдет,
Жизнь все расставит и подождет,
И подождет, нас подождет.

Постой, я прикурю из рук твоих красивых,
Пусть тянется дымок над нами, над землей.
Ты знаешь впереди так много дней счастливых,
Все будет хорошо, поверь, у нас с тобой.

Спасибо компании «Союз Продакшн» за предоставленные тексты песен

источник

Тот, на ком заканчивается считалка на выбывание, выходит из круга (счёта). Счет продолжается до тех пор, пока не выйдут все, и останется один. Он, в зависимости от игры, будет водящим, выбывшим из игры и т. п.

Аты-баты — шли солдаты,
Аты-баты — на базар,
Аты-баты — что купили?
Аты-баты — самовар.
Аты-баты — сколько стоит?
Аты-баты — три рубля.
Аты-баты — кто выходит?
Аты-баты — ты и я.

Аты-баты, шли солдаты,
Аты-баты, на базар.
Аты-баты, что купили?
Аты-баты, самовар.
Аты-баты, он какой?
Аты-баты, золотой.
Аты-баты, сколько стоит?
Аты-баты, три рубля.
Аты-баты, кто выходит?
Аты-баты, это я.

Аты-баты, шли солдаты,
Аты-баты, на базар.
Аты-баты, что купили?
Аты-баты, самовар.
Аты-баты, сколько дали?
Аты-баты, сто грошей.
Аты-баты, выходи-ка,
Аты-баты, поскорей.

В чаще леса
На опушке
Куковали
Две кукушки:
Ку-ку!
Ку-ку!
Принесите мне муку,
Я для угощенья
Напеку печенья.
Ку-ку!
Ку-ку!
Ты иди, неси муку!

Возле школьного крыльца
Посадили деревца:
Вера – вербу,
Вася – ясень,
Слава – сливу,
Клава – клен…
Ты старался – оставайся!
Ты ленился – ВЫЙДИ ВОН!

Выбежал зайчик,
Вырвал травку,
Положил на лавку.
Кто украл?
Гарион!
А кто виноват,
Выйди вон!

Выплывает круглый месяц
Раз, два, три, четыре, пять,
Шесть, семь, восемь, девять, десять —
Выплывает круглый месяц.
Кто до месяца дойдет,
Тот и прятаться пойдёт!

Вышла мышка как-то раз
Поглядеть, который час.
Раз-два-три-четыре —
Мышка дернула за гири.
Вдруг раздался страшный звон.
Выходи из круга вон!

Где ты, сон?
Дома.
Кто с тобой?
Дрёма.
Рядом с ней —
Угомон.
Кто не спит —
Выйди вон!

Две заботливых старушки
Напекли внучатам плюшки.
Все вокруг стола уселись,
Чаю напились, наелись.
Захотели поиграть.
Ты лови! Мне убегать!

Двое рвут на вишне вишню.
Высоко сумели взлезть.
К ним на вишню
Еле слышно
Лезет лодырь
Вишню есть.
— Мы с утра работать вышли, —
Раздается с высоты. –
Не влезай, лентяй, на вишню,
Третий лишний будешь ТЫ!

Джибанец-Воронец,
А кто выйдет — молодец!

Дики-дики, дики-дон,
Кто последний — вышел вон!

Динь, дон, динь, дон
Мне приснился страшный сон:
На лугу гуляет слон,
А теперь ты выйди вон!

Ела Маша кашу,
Кашу не доела.
«Раз, два, три» — сказала
И картошку съела.
Кто три ложки возьмёт,
Тот и вон пойдет.

Ехала белка на тележке,
Раздавала всем орешки:
Кому два, кому три —
Выходи из круга ты!

Ехала карета темным лесом
За каким-то интересом
Инте-, инте-, интерес,
Выходи на букву «эс».

Ехала машина мимо леса
За каким-то интересом.
Тили-тили, тили-тень,
Выходи-ка за плетень.

Жаба прыгала, скакала,
Чуть в болото не упала.
Из болота вышел дед,
Двести восемьдесят лет.
Нес он травы и цветы.
Выходи из круга ты.

Жили-были утюги,
Они любили пироги.
За обедом каждый мог
Съесть один большой пирог!
Кто не верит?
Это он!
Выходи из круга вон!

За морями, за горами,
За дремучими лесами
На пригорке — теремок,
На дверях висит замок.
Кто к замочку ключ найдет,
Тот из круга вон пойдет.

За морями, за горами,
За дремучими лесами,
За железными столбами
На пригорке теремок,
На двери висит замок.
Ты за ключиком иди
И замочек отомкни.

Завтра с неба прилетит
Синий-синий-синий кит.
Если веришь — стой и жди,
А не веришь — выходи!

Зайчишка-трусишка
По полю бежал.
В огород забежал,
Морковку нашел,
Сидит, грызет,
Иди прочь —
Хозяин идет.

— Заяц, белый,
Куда бегал?
— В лес зеленый.
— Что там делал?
— Лыки драл.
— Куда клал?
— Под колоду.
— Кто украл?
— Родион.
— Выйди вон!
Серый зайка вырвал травку.
Положил ее на лавку.
Кто травку возьмет,
Тот и вон пойдет.

Инцы-брынцы,
Балалайка!
Инцы-брынцы,
Поиграй-ка!
Инцы-брынцы,
Не хочу!
Инцы-брынцы,
Вон пойду!

Как на горке, на пригорке
Жили двадцать два Егорки.
Раз — Егорка,
Два — Егорка,
Три — Егорка и т.д. до 22

Катилося яблоко мимо сада,
Мимо сада, мимо града,
Кто поднимет, тот и выйдет.

Катилося яблочко
Мимо сада,
Мимо огорода,
Мимо частокола.
Кто его поднимет —
Тот вон выйдет!

Колокольчик всех зовет,
Колокольчик нам поет
Тонким голоском:
Динь-бом, динь-бом!
Выходи из круга вон!

Комар, комар, комаруха
Кусай, кусай возле уха.
Комар, комар, не кусай —
Беги быстрей, удирай!

Комарики-мошки,
Тоненькие ножки,
Пляшут по дорожке.
Близко ночь,
Улетайте прочь!

Конь ретивый с длинной гривой
Скачет по полям тут и там.
Где проскачет он —
Выходи из круга вон.

Кот-воркот,
Не сиди у ворот.
Мы считаем до пяти,
А ты уходи!

Крутим прыгалки быстрее,
Выбегаем веселее.
Ты прыжки свои считай,
Зацепился — вылетай!

Куколка, балетница,
Вображала, сплетница,
Ниточка, иголочка,
Тити-улети.
Милая красавица,
Скорей выходи!

Летели лебеди, считали:
Раз, два, три —
Быстрее выходи!

Летело триста гусей —
Шестьдесят лебедей,
На двенадцать орлов,
Да семь ворон.
А ты выйди вон!

Лист от ветки оторвался.
Ветер злился и сбивался,
Вот попробуй, сосчитай,
Оторвался — улетай!

Листочек — до листочка,
Цветочек — до цветочка,
Пусть от нас выходит
Один голубочек.

Люли, люли, люли,
Прилетели во двор гули.
Сели гули на забор,
Выходи играть во двор.

Мальчик с пальчик
Нашел стаканчик.
Стакан разбился,
Лимон покатился.
Стакан, лимон —
Выйди вон.

Мама Машу кормит кашей,
Только все не сладко Маше,
Маша хочет есть варенье,
Шоколадки и печенье.
А кто будет есть батон –
Выходи из круга вон!

На дрожжах поставим тесто,
Потеплей поищем место,
Тесто, тесто, подходи!
Пекарь, пекарь, выходи!

На златом крыльце сидели:
Мишки Гамми, Том и Джерри,
Скрудж МакДак и три утенка,
Выходи, ты будешь Понка.

На носу у Филимона
Вырастали два лимона.
Раз лимон и два лимон,
Выходи из круга вон!

На садовой лавке
Лежит булавка,
А под лавкой —
Еще две булавки.
Раз, два, три —
Ты иди их подбери!

Начинается считалка:
На березу села галка,
Две вороны, воробей,
Три сороки, соловей.
Сизый голубь прилетел,
Выйти вон тебе велел.

Наша мать, наша мать
Должна козу в поле гнать —
Надо ей помогать —
Вон из круга бежать!

Никак шофёру не въехать в гору.
В снегу дорога, а груза много;
Круты вершины.
Слезай с машины!

Ниточка,
Иголочка,
Вышла
Комсомолочка.

Ниточка, иголочка,
Карась — убирайсь!

Читайте также:  Если в мочу попала вата

Обруч круж,
Обруч круж.
Кто играет,
Будет уж.
Кто не хочет
Быть ужом,
Выходи
Из круга вон!

Охотник дядя Федя
Забодал в лесу медведя.
Серый волк безрогий
Со страху еле унес ноги,
Заскочил он к нам в вагон,
А мы дружно:
— Выйди вон!

Первенчики,
Другенчики,
Круги-други,
Вон!

Первинчики,
Другинчики,
Летели голубенчики
По утренней росе,
По зеленой полосе.
Здесь яблоки, орешки,
Медок, сахарок,
Поди вон
В уголок!

Первишки, другишки,
Шалуны мальчишки
Стали играть,
Воду выбирать.
Ну-ка ты, Додон,
Убирайся вон!

Перводан, другодан,
На колоде барабан,
Свистель, коростель,
Ежик!
Первенчики,
Другенчики,
Круги, други,
Вон!

Плыл по морю чемодан,
В чемодане был диван,
А в диване спрятан слон.
Ты не веришь? Выйди вон!

Под горою у реки
Живут гномы-старики.
У них колокол висит,
Позолоченный звонит:
Дили, дили, дили, дон —
Выходи из круга вон!

Птичка летела,
Мне считать велела.
Раз, два, три — выходи!

Радио, телевизор, магнитофон.
Кто не слушает музыку?
Выйди вон!

Раз, два — не воронь!
Беги, как огонь!

Раз, два, три, четыре, пять,
Будем мы подряд искать:
Мячик, яблоко, печенье,
Зубочистки и варенье.
Будем мы искать везде —
И на небе, и в воде,
Под горой и под диваном,
Ив конюшне, и под ванной,
А вот если не найдешь,
То тогда ты вон пойдешь.

Раз, два, три, четыре, пять.
Нам друзей не сосчитать,
А без друга в жизни туго,
Выходи скорей из круга.

Раз, два, три, четыре, пять —
Ты, Васятка, выйди, сядь.
Будем дальше мы считать —
Хотим в жмурки мы играть.

Раз, два, три, четыре,
Пять, шесть, семь,
Восемь, девять, десять.
Выплывает
Белый месяц!
Кто до месяца дойдет,
Тот и прятаться пойдет!

Раз, два, три, четыре, пять
Я хочу с тобой играть.
Заходи скорее в круг,
Будем веселиться друг.
Шесть, семь, восемь,
У ребят мы спросим:
«Кто быстрее и ловчее,
Тот и выйдет поскорее».

Раз, два, три, четыре,
Пять, шесть, семь,
Восемь, девять, десять.
Выплывает
Белый месяц!
Кто до месяца дойдет,
Тот и прятаться пойдет!

Раз, два, три, четыре, пять
Шесть семь восемь девять, десять!
Надо, надо, надо спать!
И не надо куролесить!
Кто уснул — тот видит сон,
Кто не спит — тот выйди вон!

Сёмка тощий — не валися!
Степка толстый — берегися!
Савка шустрый — становися!
Санька слабый — оставайся!
Сенька малый — не качайся!
Родион — пойди вон!

Семь ворон сидели тихо
Подлетела к ним слониха
И как крикнет: «Кар-кар-кар!»
Ты не веришь, выйди сам.

Серый зайка вырвал травку.
Положил ее на лавку.
Кто травку возьмет,
Тот и вон пойдет.

Сива, ива,
Дуба, клен,
Шуга-юга,
Вышел вон!

Сидит утка на гнезде,
Золотые несет яйца.
Сколько их там — угадай.
Раз, два, три — убегай!

Сладкая слива
Очень красива,
Кислый лимон —
Выйди вон!

Слышен громкий стук:
Раз — стук, два — стук.
Три, четыре, пять —
Раздается стук опять.
Будешь громко ты стучать,
Выходи тогда играть!

Спешат корабли,
Торопясь, зашли:
В Африку, Австралию,
Индию, Италию, Китай,
В Аргентину, Уругвай,
Кто остался — вылетай!

Среди белых голубей
Скачет шустрый воробей,
Воробушек – пташка,
Серая рубашка,
Откликайся, воробей,
Вылетай – ка, не робей!

Стакан, лимон —
Выйди вон,
Стакан воды —
Выйди и ты!

Суп из шишек —
Для мальчишек.
Из гребёнок —
Для девчонок.
Из репейника —
Бульон.
Кто не хочет —
Выйди вон!

Считаю, тычу, хохочу.
Ты выходишь — я молчу.
Посчитаем еще раз —
Наступил веселый час.

Тише, мыши,
Кот на крыше.
Кто не слышал,
Тот и вышел!

Только кошка ляжет спать
Мышки выйдут погулять,
В норку сыр себе утащат.
Кошка, кошка, спи почаще,
А на мышек не гляди –
Ты из круга выходи.

Трынцы-брынцы, бубенцы,
Раззвонились удальцы,
Диги, диги, диги, дон,
Выходи скорее вон!

Тучи, тучи, тучи, тучи,
Скачет конь большой, могучий.
Через тучи скачет он,
Кто не верит — выйди вон!

У Литейного моста
Я поймал в Неве кита,
Спрятал за окошко.
Съела его кошка,
Помогали два кота…
Вот и нет теперь кита!
Ты не веришь другу?
Выходи из круга!

Ушки, глазки, носик, хвостик,
Получился добрый котик,
Он считает до пяти,
Тот, кто пятый выходи.

Ходит свинка по бору,
Рвёт траву-мураву,
Она рвёт и берёт,
И в корзиночку кладёт.
Этот выйдет,
Вон пойдёт!

Царь,
Император,
Шах,
Король,
Великий князь,
Фараон.
А ты выйди вон —
Ты даже не барон.

Цок, цок,
Скок, поскок,
Выходи на лед,
Дружок!

Черепаха и улитка
Побежали очень прытко.
Ты за ними поспевай
Из считалки вылетай.

Чищу овощи для щей.
Сколько нужно овощей?
Три картошки, две морковки,
Луку полторы головки,
Да петрушки корешок,
Да капустный кочешок.
Потеснись-ка ты, капуста,
От тебя в кастрюле густо!
Раз-два-три, огонь зажжен.
Кочерыжка, выйди вон!

Шарага, барага,
По кусту, по насту,
По лебе, лебедке,
Штучка, плетка,
Соколик, вон.

Шёл баран
По крутым горам.
Сорвал травку,
Спрятал под лавку.
Кто её найдет —
Тот и вон пойдёт.

Шёл крокодил,
Трубку курил,
Трубка упала
И написала:
«Вы-хо-ди!»

Шел крокодил,
Трубку курил,
Трубка упала и написала:
«За железными дверями
Сидит Мишка с пирогами».
— Мишка — мишенька, дружок,
Сколько стоит пирожок?
— Две копейки с половиной,
Выходи, дурак с дубиной!

Шишел-вышел, вон пошел,
На боярский двор зашел,
Там бояре шапки шьют,
На окошко их кладут.

Шла ворона через поле,
Шесть грибов несла в подоле:
Сыроежку, боровик,
Под-оси-но-вик,
Груздь, опенок, шампиньон,
Кто не видел — выйди вон!

Шла коза по мостику
И виляла хвостиком.
Зацепилась за перила,
Прямо в речку угодила.
Кто не верит, это он
Выходи из круга вон!

Шла кукушка мимо леса –
За каким-то интересом.
Инте, инте, интерес,
Выходи на букву «эс».

Шла машина темным лесом
За каким-то интересом,
Инте-инте-интерес,
Выходи на букву «ЭС».
Буква «ЭС» не подошла,
Выходи на букву «А»,
Буква «А» не хороша,
Выходи на букву «ША».

Шла собака через мост,
Четыре лапы, пятый — хвост.
Если мост провалится,
То собака свалится.
Чтобы ей не потонуть,
Ты беги ее тянуть!

Шли большие корабли,
По пути они зашли
В Африку, в Австралию,
В Индию, в Италию,
В Аргентину, в Уругвай,
Кто остался — вылетай!

Шли кони под мотами
С золотыми копытами.
Дзень, брень —
Вышел пень.

Черепаха хвост поджала
И за зайцем побежала
Оказалась впереди,
Кто не верит — выходи!

Эй! Иван,
Полезай в стакан,
Отрежь лимон
И выйди вон!

Эки, беки, кофе, крекер,
Эки, беки, бай.
Поезд номер двадцать девять,
Вы-ле-тай!
Вылетают птички,
Вылетают птенчики,
Вылетает леди
В темно-синем чепчике.

Эники-беники ели вареники
Эники-беники — клёц!
Вышел советский матрос.

Я, во-первых, нагулялся,
Во-вторых, нырнул в кровать,
В-третьих, как я ни старался, —
Не хотел ни капли спать.
А в четвёртых,
А в четвёртых,
Мне приснился пудель в шортах:
Он мне лапкой помахал, —
Мне проснуться помогал.
— Эй, — кричал, — уже рассвет!
Ты выходишь
Или нет?

Ягодка—Малинка,
Медок—Сахарок.
Вышел—Иванушка
Сам—Королёк.

источник

«Афиша Daily» узнала, зачем проходить изнуряющий паломнический путь и неделями терпеть лишения, когда ты молод и совсем не религиозен.

Камино-де-Сантьяго, или, по-русски, Путь святого Иакова, — это знаменитая паломническая дорога, которая ведет к предполагаемым останкам апостола. Они находятся в городе Сантьяго-де-Компостела, столице Галисии и значимом для католиков месте. Официальное начало Камино было положено возведением в IX веке церкви на месте, где, согласно легенде, и хранятся мощи Иакова.

Сегодня к городу ведет множество путей. Классической и самой популярной дорогой считается французская, которая начинается в деревне Сен-Жан-Пье-де-Пор в 780 километрах от финальной точки, но есть и другие — по северному побережью Испании, через горы Астурии, из других населенных пунктов Франции и из Португалии.

В начале дороги паломники получают специальную книжечку — креденсиаль, где проставляются печати монастырей, которые встречаются по пути. Предъявив этот документ, паломник за символическую плату получает доступ в специальные гостиницы для паломников — альберге. Популярные маршруты хорошо промаркированы желтыми стрелками и ракушками — если следовать по ним, заблудиться почти невозможно.

По Камино-де-Сантьяго я отправилась вместе со своим парнем, и мы провели в пути 55 дней. Никакого религиозного подтекста в этом не было — мы оба крещеные безбожники, и ни один из нас не католик. У паломничества был, с одной стороны, спортивный интерес, а с другой — мы просто хотели познакомиться с новыми людьми и посмотреть Испанию. Сразу скажу, что наши ожидания по поводу того, что мы вернемся домой и у нас будет куча друзей по всему миру, не оправдались.

Французскую дорогу мы выбрали, потому что она самая известная и довольно легкая. Мы стартовали в Бордо, так что, перед тем как прийти в популярную точку начала паломнического пути, мы еще две недели шагали по юго-западной Франции. За это время мы встретили только четырех других паломников — трое из них были французскими пенсионерками, которые решили нас «усыновить». Шагали мы поодиночке, ведь у всех разный темп, но по вечерам встречались в одних и тех же альберге и вместе готовили. Наши спутницы постоянно говорили: «Эй, молодежь, мы купили слишком много, помогайте!»

Вообще, паломничать во Франции мне понравилось чуть ли не больше, чем в Испании. Познание себя было нашим главным занятием на этом этапе — а что еще делать, когда ты шагаешь десятки километров по прямой? А потом мы попали в Сен-Жан-Пье-де-Пор, с которого начинается тот самый популярный путь, и о самопознании пришлось забыть. Это был настоящий шок — после двух недель в почти полном одиночестве мы попали в абсолютно туристическое место, где были толпы паломников, на которых обычные прохожие смотрели во все глаза.

В общем, первые несколько дней мы страдали, но потом паломники как-то рассредоточились, да и мы привыкли к людям, а с кем-то даже почти подружились. Например, мы общались с двумя литовками, одна из которых неплохо говорила по-русски, постоянно напоминала мне о солнцезащитном креме и сетовала на то, что мы до сих пор не помолвлены. Периодически она хватала моего парня за плечо, указывала на свой безымянный палец и говорила: «Никола! Покупай кольцо!»

Рассказывать о других паломниках можно долго: там был и капитан субмарины Йона, и французский ловелас Жером, и безымянный бразилец-храпун, и собака Зельда, и занудный испанский дед, который любил Путина и Франко.

Перед отъездом я немного тренировалась в Москве на беговой дорожке, а также училась передвигаться с палками для скандинавской ходьбы. В день мы проходили в среднем 25 километров. Кажется, что идти почти два месяца нереально, но к этому очень быстро привыкаешь. Мой молодой человек, по-моему, не устал вообще и шел бы дальше, если бы дорогу не преградил океан. Я в целом держалась, но пару раз у меня случались срывы. Один раз я просто села на камень в чистом поле и начала кричать, что больше никуда не пойду и что мне надоели спартанские условия, но это прошло.

До того как отправиться в Камино-де-Сантьяго, я думала, что по вечерам у нас будет куча свободного времени. На самом деле все не так. Во-первых, предположительное время прибытия постоянно сдвигается: там чуть-чуть затянули обед, тут нам встретился красивый пейзаж, где нужно сделать миллион фото, здесь устали ноги и пришлось отдохнуть. По прибытии в альберге нужно принять душ, постирать белье, купить еды, пока не закрылись магазины. Если город относительно большой, еще час-два уходят на осмотр достопримечательностей. Потом ужин, а там уже и спать пора.

Что касается еды, то мы невзлюбили обожаемые всеми «ужины паломников», которые продавали в местных барах за 10 евро. Они состояли из трех блюд и бутылки вина, но мы не пьем вина, а еда там самая непритязательная — салат на первое, макароны на второе и какой-нибудь йогурт на десерт. Мне кажется, настоящий символ Камино — это не ракушка и не фляга-тыква, а тарелка пасты. За время пути я съела столько макарон, что до сих пор избегаю их. Если в альберге была кухня, мы чаще всего готовили что-нибудь предельно простое — салаты с консервированными морепродуктами, рис, макароны, чечевицу.

Путеводители не нужны — из материалов у нас были только схемы рельефа и список населенных пунктов с названиями альберге, количеством мест в них и ценами. Трекинговые палки на самом деле тоже не нужны, хотя многие люди вычитывают в путеводителях, что палки — это обязательно, и настолько срастаются с ними, что заходят с палками в магазины и церкви, стучат металлическими наконечниками по кафелю или древним плитам.

Были и те, кто проезжал некоторые этапы на автобусе или такси, а кто-то отправлял рюкзаки по почте. Возможно, я зануда, но это уже какое-то ненастоящее паломничество. Мне кажется, во всем этом должен быть элемент преодоления себя, а французская дорога и так во многом предоставляет тепличные условия: почти на каждом шагу там отели, хостелы и сувенирные магазины — в общем, туристический аттракцион. К концу пути появляются люди, которые приезжают, только чтобы пройти последние 100 км и получить сертификат паломника.

Нас неприятно удивил тот факт, что многие люди совсем не умеют себя вести. Таких людей мы скоро начали называть по имени одной американки, которая делила с нами комнату. Она встала около 5.30 утра, зажгла очень яркую фронтальную лампу на телефоне и начала при ее свете краситься. Потом она долго шуршала пакетами и, проверяя, не забыла ли она чего, начала водить лампой по углам, посветив в глаза нам всем. Когда она услышала наши стоны и ворчание, прощебетала: «О, вижу, все уже проснулись! Давайте включим верхний свет?» Такого было много, к сожалению. И поэтому идти французский путь еще раз я не хочу, хоть и считаю паломничество одним из важнейших событий в моей жизни. Правда, теперь мы подумываем о португальской или северной дороге.

Мой интерес к Камино начался с фильма «The Way». Я посмотрела кино и принялась искать информацию — мне, как любителю долгих пеших прогулок, понравилась идея путешествия на своих двоих. Можно сказать, что в пути я была дважды: мысленно и физически. Потом я познакомилась с испанцами, которые укрепили мое желание отправиться в паломничество.

Я стартовала из Леона, который находится за 300 километров от Сантьяго, и первые два дня преодолевала по 30 км вдоль шоссе. Было очень жарко, поэтому путешествие больше напоминало поиски тени и воды. Я просыпалась в 6 утра, завтракала и проходила под звездным небом порядка 8 километров до одной из деревень, чтобы выпить кофе и отметить паспорт пилигрима новой печатью. После кофе начинало светать, и воздух с каждой минутой становился горячее — все убирали куртки в рюкзаки, доставали солнцезащитный крем и шляпы.

На третий день началось восхождение в горы. Таких завораживающих видов я еще никогда не встречала — по сравнению с Испанией норвежские фьорды казались угрюмыми кусками камней. Энтузиазм вселяло все: улыбки прохожих, сорванные с деревьев фиги, случайно встреченная коза. Подъемы стали большим испытанием, и я рада, что преодолела их без жалоб. Иногда, в моменты кризиса и максимального износа, я просто вставляла в уши плеер и забывалась в знакомых мелодиях, представляя, как буду гордиться собой, когда дойду до финиша.

Каждый день, заканчивая маршрут, я первым делом ложилась на пол и закидывала ноги на стену. В такой нирване проходило от 15 до 30 минут, далее я делала растяжку спины, легкий массаж, принимала душ и искала еду. Я планировала ежедневно покупать продукты и готовить ужин, однако первые дни была настолько изнурена, что сил хватало только дойти до бара. Ужины паломников стали для нас не только единственным полноценным приемом пищи, но и доброй традицией. К слову, готовить в альберге было не так уж и легко — в одних отсутствовала посуда, в других — плита или холодильник, где-то просили отдельную плату за пользование кухней, а кроме того, не каждый город имел продуктовый магазин. На завтрак, если позволяли условия, я варила овсянку с сухофруктами, привезенную из России. На протяжении 8–9 часов ежедневного похода я перекусывала упавшими с деревьев грецкими орехами, фигами, гроздьями винограда, айвой и дикими яблоками. Иногда на пути попадались местные жители с блинчиками или печеньем, угощавшие пилигримов за пожертвования. По вечерам я писала заметки о прошедшем дне, ловила интернет и гуляла по новому городку. Около 10 вечера наступал отбой — и начиналась симфония храпа, которую было слышно даже через беруши.

Я шла в начале октября. В основном на пути встречались туристы из Америки и Великобритании, у которых паломничество стало популярным после экранизации книги Пауло Коэльо «Дневник мага». Это были в основном пенсионеры, которые легко преодолевали длинные дистанции, — многие из них пользовались услугами такси для багажа, что позволяло им идти налегке с бутылкой воды и паспортом пилигрима. Это были очень приятные люди, и, несмотря на бездну лет между нами, мне было интересно с ними пообщаться.

В первую же ночь на мой спальный мешок был совершен набег клопов. Забавно, что за два года подготовки к походу я ни разу не встречала предупреждений об этой напасти. Я страдала, опухала, не могла спать, поэтому в отчаянии поменяла свой билет на самолет и решила добраться только до Сантьяго, хотя изначально планировала дошагать до самого океана — испанского мыса Финистерре. Так что я бы советовала всем брать средство от клопов, а также бутылку для воды, док-станцию для телефона и шелковый пластырь, потому что даже самые разношенные ботинки могут истязать ногу в прыжках по горам.

Когда мне впервые рассказали о Камино-де-Сантьяго, я сразу же загорелась этой идеей. Я пересмотрела все фильмы, видео на YouTube, перечитала кучу блогов. Я выбрала французскую дорогу, хотя изначально хотела пойти по Камино Примитиво — это путь через горы, а они — моя слабость. По расстоянию это почти то же самое, но в феврале бывает очень мало паломников, поэтому многие альберге закрыты, и мне пришлось это учесть. Сейчас даже на самом популярном отрезке приходится идти до следующей гостиницы расстояние в 15–20 километров.

Почти всю экипировку я собрала по друзьям буквально за неделю, еще купила ботинки. Первое время у меня не было карты, потому что я прочитала в интернете, что все промаркировано, идти легко, куча народу, магазинов, все открыто. В реальности все было как раз наоборот, и много раз я ночевала в альберге одна. Я собиралась идти по 50 километров в сутки — я же тренер. Но после тридцатки в первый день я еле доползла до кровати. На следующий день шлось тяжело, потому что были жуткие мозоли, и при каждом шаге было ощущение, будто стопу режут ножом. Сначала я спешила вслед за другими паломниками, пыталась даже обогнать всех, но потом поняла, что иду по пути Сантьяго не за этим. Когда я начала идти медленнее, жизнь стала проще. Сейчас у меня сложилась компания, с которой я регулярно пересекаюсь, — иногда они ждут меня и специально сбавляют темп, чтобы переночевать вместе.

Здесь я встретила парня, который бродяжничает уже 6 лет безо всяких средств. Он ночует то в монастырях, то в домах у местных, а питается тем, чем угощают. Сейчас он ушел вперед, потому что спешит в Финистерре, в сообщество хиппи. Многие люди проходят Камино по пятьсот раз — один итальянец, например, уже 12 лет паломничает пару раз в год. Здесь же я встретила странного парня из Британии, который идет с одним лишь спальником, ножом и паспортом паломника. После душа он вытирается салфетками, зато идти легко.

Когда паломники не идут, они сидят, потому что проводить целый день в дороге реально тяжело. Мы часто берем меню пилигрима за 7–10 евро — первое, второе, третье, компот. Порции такие большие, что мы часто покупаем одну на двоих. В течение дня тратишься еще на напитки и фрукты.

В дорогу нужно обязательно взять шлепки, потому что, когда приходишь в альберге, ужасно хочется поскорее снять кроссовки. Время выхода зависит от сезона — летом просто аншлаг, поэтому люди выходят в 3–4 утра, чтобы успеть занять кровать в альберге. Зимой можно выходить в 7 утра, но в пути понадобится фонарик. Обувь должна быть непромокаемая, потому что идти 30 километров с мокрой ногой тяжело. Говорят, палки помогают при спусках и уменьшают нагрузки на колени, но мне они только мешают — зря протаскала. Еще советую взять спальный мешок, потому что одноразовое постельное белье выдают не везде.

До конца мне осталось 50 километров — это примерно два дня. В пути обостряются все чувства, а ненастоящие проблемы из обычной жизни вообще перестают волновать, потому что главное — это попить, поесть, поспать, посидеть, подумать. Уже сейчас я могу сказать, что это просто необыкновенный опыт, который добавил мне гибкости и толерантности. Еще я стала больше ценить простые вещи: крышу над головой, еду, доброжелательность людей вокруг. Камино-де-Сантьяго подарило мне ощущение счастья.

Читайте также:  Что то розовое в моче у грудничка

источник

Пошел вчера я утром в поликлинику сдавать свою мочу.
Утром отлил в баночку, сгорела лампочка, зажег в толчке свечу
Закрыл крышечкой, завернул в пакет полиэтиленовый, позавтракал, выпил кофе, посрал, тронулся в путь.
Пошел прямо по дороге в горбольницу, никуда не собирался свернуть
Лето, жара, утро, настроение никуда не годится
Охота напиться, забыться, лучше накуриться
вселенная поймала потоки и с остановки ко мне двинулись два лоха
Раскурились слегка, они поржали, руки пожали. Ну все, пока пацаны.
Они напоследок у мужика кошелек отжали
А меня не прет.

Я просто тупо иду по улице братьев Кашириных
Подходят мусора, говорят зрачки расширены
Шмонают, лапают, спрашивают откуда, кто такой
Залазят в трусы, пидарасы
В пакете находят мочу, удивляются
Ржут надо мной, садятся в бобон, удаляются
Иду далее, встречаю Виталия
У Виталия жена Света, ее жопа как вся Италия (Кто только не ебал)
Она думает, что муж ее не наркоман
А он ебет ее подруг и продает им план
Зашли за гаражи, дунули
Виталий протянул пакет ганжи — держи
А меня не прет.

Пролетает самолет, навстречу бывшая телка идет
захотелось плюнуть ей в рожу или дать в рот
Отвлекаюсь на бомжару, что на остановке блюет
здороваюсь и просто тупо прохожу мимо бывшей подруги Амалии
Достаю подарок Виталия
Забиваю, курю, дохожу до Арбата
А меня не прет.

Арбат. Группа знакомых ребят на кортах, сидит на героине половина
Среди них Димон здоровенная детина
Говорит зайдем ко мне, есть хороший герыч, с него прет
Щас вкинемся по вене, все будет пулемет
Укололся не думая, по вене разбежалось,
А меня не прет. (Не-а, не прёт)

Дошел до верха Арбата. Встретил телку пиздатую
У которой очень богатый папа
Зашли к ней в гости, предложила порошок, нюхнули
Трахнул в жопу, потом в рот, у нее шок (Кала поела)
Беру свой полиэтиленовый мешок, иду дальше
А меня не прет.

Дошел до киномакса,
Увидел гламурного художника Макса
Спросил как дела, и есть ли что-нибудь интересное
Говорит подогрели его таблетками не местными
Купил и схавал два голландских колеса,
Пошел тупо дальше, вот она горбольница
А меня не прет.

Вошел в больницу, восьмой этаж, медсестра громко матерится, хавая пиццу
Я забыл за чем пришел, сушняк, хочется воды напиться
Нащупал в кармане банку с жидкостью
На вид лимонад и цвета такого же
Отпил и очень рад. Сушняк прошел.

Пиздатый был день. Ural urine

I went yesterday morning to the clinic to donate their urine.
Morning poured into a jar , burned bulb lit candle in a push
Closed the lid , wrapped in a plastic bag , breakfast , drank coffee, shit , got under way.
Went straight on the road in the city hospital , was not going anywhere collapse
Summer heat , morning mood stinks
Hunting to get drunk to forget, better Nakuru
universe caught flows and stop me moved two Elaeagnus
Slightly puffed , they neighing , shook hands . Well, all while boys .
They finally overcame a peasant purse
And I do not pret .

I just walk down the street stupid brothers Kashirinyh
Suitable trash talk with dilated pupils
Shmonali , paw , asking where , who is
Climb in shorts, motherfuckers
In the package are urine, surprised
Neigh to me , sit in bobon removed
Go on, meet Vitali
Vitali wife Sveta , her asshole as the whole of Italy ( Who has not fucked )
She thinks that her husband was not a drug addict
And he fuck her friends and sells them plan
We went for garages, blew
Vitaly handed package ganja — keep
And I do not pret .

A plane is flying , meet former teen goes
wanted to spit in her face or in her mouth to give
Distracted by bomzhara that stop pukes
hello and just stupid pass by former girlfriend Amalia
Take out a gift Vitali
Hammer , I smoke , I reach the Arbat
And I do not pret .

Arbat . Group of friends on the courts of the guys sitting on heroin half
Among them, a hefty fellow Dimon
Says come to me , have a nice gerych with his pret
Right now vkinemsya on a vein , everything will be gun
Pricked without thinking , scattered on a vein ,
And I am not rushing . ( Nah, not rushing)

Reached the top of the Arbat. Met heifer bitching
At that very rich dad
We went to visit her , offered powder snorted
Fucked in the ass , then in her mouth , her shock ( Cala ate )
Take my plastic bag , go further
And I do not pret .

Eliminated Kinomax ,
Saw glamorous artist Max
Asked how things work, and if there is anything interesting
Reheated it says tablets are not local
Shaval and bought two Dutch wheels
Stupidly went on, she ‘s City Hospital
And I do not pret .

Went to the hospital , the eighth floor , the nurse loudly swearing , havaya pizza
I forgot for what came sushnyak , I want a drink of water
Felt in his pocket jar with liquid
In appearance and color of the lemonade of the same
Drank and very happy . Sushnyak passed .

источник

С чем может быть связана невозможность мочиться спустя 5 дней после операции TVT-O. Моча не отходит совсем. Перенатяжение петли уролог отрицает. Мочу 5 дней спускают катетером. Опасен ли материал из которого сделана петля спустя 15-20 лет? Почему при перенатяжении петли её рассекают, а не удаляют полностью? Мой уролог ничего не хочет говорить.

Невозможность самостоятельного мочеиспускания после операции TVT-O может иметь как рефлекторный характер, так и быть результатом перенатяжения петли. Материал, из которого сделана петля, инертный, опасности не представляет. Удаление петли при ее перенатяжении может спровоцировать травму, кровотечение, поэтому, ее обычно рассекают. В первые несколько дней можно скоррегировать положение петли (подтянуть или натянуть).

Здравствуйте. В 2014 году ПСА был 3,18. В течении последнего года слабый напор при мочеиспускании, особенно ночью. Не пью спиртного, не курю, правильно питаюсь, физзарядка и контрастный душ — это моё. Какие профилактические меры и какой препарат принимать? В 2014 году врач выписывал мне какие-то таблетки для приёма в течении 3-х месяцев, но не помню их названия. Подскажите.

Уважаемый Валерий.
Вам показана консультация урологом и дообследование в объеме УЗИ почек и мочевого пузыря, урофлоуметрии и определения остаточной мочи. Только после изучения данных дообследования и определения точного диагноза можно рекомендовать тот или иной метод лечение.

Здравствуйте. Сделала МРТ брюшной полости. Написали: лоханка правой почки расширена до 25х22 мм, расширен правый мочеточник в верхней трети до 14 мм. Диагноз: пиелоэктазия правой почки. Дилатация правого мочеточника в верхней трети. Так же в почке камень 4 мм. Подскажите, что мне делать дальше? Можно ли это вылечить?

Уважаемая Светлана.
Суда по результатам УЗИ, у Вас имеется нарушение оттока мочи из почки справа. Причины нарушения оттока мочи из почки могут быть разными: камень, опухоль, стриктура или сдавление мочеточника, уретероцеле и др. МСКТ почек и мочеточника с контрастированием будет наиболее информативным методом диагностики причины нарушения оттока мочи из почки. Лечение будет зависеть от причины заболевания: удаление камня мочеточника, пластика мочеточника, нефруретерэктомия, рассечение уретероцеле и пр. Если нужна помощь, можете позвонить по телефону, указанному ниже. Выполним МСКТ и поможем с лечением.

Здравствуйте, доктор. Мне сделали операцию — удалили матку. Держали котетор 5 дней после операции. Теперь у меня не держится моча вообще, пользуюсь прокладками урологическими. Они только спасают, но на них денег не хватает. Подскажите, пожалуйста, чем лечить.

Уважаемая Наталья.
Возможно, после операции у Вас развился свищ, соединяющий влагалище с мочевыми путями.
Для уточнения диагноза и определения тактики лечения показано дообследование у уролога. Если речь, действительно, идет о мочеполовом свище, лечение, к сожалению, только хирургическое.

Добрый день. Страдаю частыми мочеиспусканиями. Периодически бывают ложные позывы (обычно с утра), имею в виду совсем небольшое количество мочи (пусть будет 2 столовые ложки). Происходит это очень давно (примерно 10 лет). Началось, я так думаю, с простатита, который по словам врачей я успешно пролечил. Периодически есть рецидивы (лопаются гнойники) и я хожу на курс массажа простаты (не чаще 1 раза в 2 года). Хожу в туалет не меньше одного раза в час. Ночью просыпаюсь не меньше 2-х раз, чтобы помочиться. Так как возраст уже не тот, да и просто надоело мучиться, решил узнать, что это может быть и каким способом поставить правильный диагноз.

Уважаемый Николай.
Необходима консультация урологом и обследование. Начать нужно с УЗИ почек, мочевого пузыря, простаты, урофлоуметрии и определения объема остаточной мочи. В зависимости от результатов предварительного обследования необходимо определить дальнейшую лечебно-диагностическую тактику. Речь может идти об аденоме простаты, стриктуре уретры, хроническом простатите, гиперактивном мочевом пузыре и др. В каждом конкретном случае лечение индивидуальное и может быть как консервативным, так и хирургическим.

Здравствуйте. При УЗИ обнаружили гидронефроз левой почки. Подскажите, что это такое? Насколько серьезный диагноз и лечится ли это?

Уважаемая Виктория.
Гидронефроз — это патологическое состояние, при котором нарушается отток мочи из почки вследствие сужения лоханочно-мочеточникового сегмента. Диагноз серьезный. При отсутствии лечения может привести к постепенному истончению и гибели функционирующей паренхимы почки, образованию вторичных камней в почке, развитию острого обструктивного пиелонефрита. Лечение только хирургическое. Наиболее целесообразно выполнение лапароскопической пластики лоханочно-мочеточникового сегмента.

Здравствуйте. У меня проблемы с мочеиспусканием (струя тонкая, раздвоенная, небольшими порциями, мочевой пузырь всегда полный). Сделал УЗИ и ТРУЗИ. По результатам: на левой почке образование выступающее за границы почки, мочевой растянут, наполнен более литра. На предстательной несколько мелких включений округлой формы и образование овальной формы. Записался к урологу, жду квоту ( в нашем городе нет уролога). Два дня практически не мочился (раз, два в день грамм по 30-50.) Вопрос как долго я могу ждать? Это опасно?

Уважаемый Александр.
Наиболее частой причиной нарушения мочеиспускания у мужчин старше 50 лет является аденома простаты. В вашем случае ситуация опасна тем, что может развиться острая задержка мочеиспускания, которое потребует экстренной помощи — дренирования мочевого пузыря уретральным катетером. А хроническая задержка мочеиспускания опасна возникновением двустороннего уретерогидронефроза (нарушения оттока мочи из почек), что может привести к развитию почечной недостаточности. Учитывая результаты УЗИ, в настоящее время у Вас нет уретерогидронефроза. Что касается другого сочетанного заболевания — образования почки, необходимо определить характер опухоли и выбрать метод лечения. При технической возможности наиболее предпочтительным методом лечения будет лапароскопическая резекция почки. Однако, в первую очередь, учитывая клинические проявления заболевания, необходимо восстановить отток мочи из мочевого пузыря и лишь затем заняться лечением опухоли почки.

Мне была сделана операция по пластике задней части влагалища + установили сетку урослинг. 28.03.2017 г. 8 дней пролежала с катетором . На 9 день сняли катетор и разрешили вставать. С меня начала не произвольно выливаться моча, я не могу копить вообще. Лежу — она копится, встаю, бегу в туалет — по дороге начинает литься. 02.05.2017 года сетку вырезали или рассекли, так, кажется, правильно выразиться. А с меня течет, хожу в памперсе, в течения дня почти 3 шт. Вопрос: почему такие осложнения? Что может быть?

Уважаемая Динара.
Возможно, у Вас развился пузырно-влагалищный свищ, через который моча из мочевого пузыря попадет во влагалище и выливается наружу. Показано дообследование и, вероятнее всего, повторное хирургическое лечение.

Здравствуйте. У меня стрессовое недержание мочи. Я хотела бы попасть к Вам на слинговую операцию TVT. Приехать могу в начале июля. Что необходимо иметь при себе? Операция рекомендована урологом, у которого я наблюдалась. Медикаментозное лечение эффекта не дало. Спасибо, заранее.

Уважаемая Светлана.
Мы готовы Вам помочь. С собой достаточно привезти свежий посев мочи на флору и чувствительность к антибиотикам (делается около 7 дней), а также заключение гинеколога об отсутствии воспалительных заболеваний органов малого таза (чтобы не тратить время на их лечение). Все остальные анализы и исследования можно пройти в нашей клинике в течение нескольких часов. Предварительно необходимо согласовать дату приезда и операции.

Здравствуйте. Я столкнулась с проблемой недержания мочи. Недержание наблюдается во время кашля, смеха, чихания и подъема разных тяжестей, чаще всего на полный мочевой пузырь. А так же у меня происходит подтекание мочи после резкого позыва к мочеиспусканию. Я иногда просто не успеваю добежать до туалета. Меня это проблема очень беспокоит и вызывает огромный психологический дисбаланс. Плюс ко всему у меня уже случался ночной энурез. Подскажите, с какими обследованиями к вам необходимо приехать? Могу ли я, житель Казахстана, провести оперативное лечение у вас? Спасибо.

Уважаемая Елена.
Вероятнее всего, у Вас имеется смешанная форма недержания мочи (стрессовое недержание мочи в сочетании с гиперактивным мочевым пузырем). В такой ситуации показано хирургическое лечение в сочетании с консервативной терапией. Проведение операции в нашей клинике возможно всем независимо от места проживания. Желательно с собой иметь посев мочи на флору с определением чувствительности к антибиотикам, т.к. этот анализ выполняется дольше всего. Все остальное необходимое обследование можно выполнить в нашей клинике в течение 1-2 дней до операции.

источник

Стихотворение Маршака Веселое путешествие от «А» до «Я» из сборника лучших стихов Маршака от Deti-Online.com.

Ребятам объявляется,
Что поезд отправляется,
Немедля отправляется
От станции Москва
До первой буквы — «А».

Пары разводит паровоз,
Зажег два фонаря
И мчится с грохотом колес
По строчкам букваря.

Поехали.
Отъехали
От станции Москва
И, наконец, доехали
До первой буквы — «А».

Вот два столба наискосок,
А между ними — поясок.
Ты эту букву знаешь? А?
Перед тобою буква «А».
Вот мраморная арка
Ведет в аллею парка.
Идет аллея до ворот,
А у ворот автобус ждет.

Куда по гладкой мостовой
Сейчас поедем мы с тобой?
Знает каждый человек:
С буквы «А» (заглавной)
Начинается Артек
Детский лагерь славный.

Только встанет алый шар
Утром на заре,
Будит чистый звук фанфар
Лагерь на горе.
Под горою Аю-Даг
Юный пионер
Поднимает алый флаг
Флаг СССР.

У буквы «А» мы простоим
Не меньше трех минут.
Давайте, братцы, поедим,
Пока гудок дадут.
В мешке у нас продукты
На десять дней пути.
Но хорошо бы фрукты
В дорогу припасти.

Да вот фруктовый магазин!
Здесь припасли для нас
Антоновку и апельсин,
Арбуз и ананас.
Вот абрикос, а вот айва.
Какие вкусные слова
И все на букву «А»!

Но снова объявляется,
Что поезд отправляется,
В дорогу отправляется
По строчкам, по листам.
Ребята, по местам!

Поехали, поехали,
Минуты не проехали,
Пред нами на столбе
Большая буква «Б».

Вы посмотрите: кто такой,
Загородив дорогу,
Стоит с протянутой рукой,
Согнув баранкой ногу?

Он нас с тобой зовет к себе
И говорит: «Я — буква «Б».
Вот целый класс — четвертый «Б»
Собрался на лужайке.

Борис играет на трубе,
Богдан — на балалайке.
Поет заливчато баян
То басом, то дискантом,
И вторит гулкий барабан
Веселым музыкантам.

Пришел с букетом этот класс
К вокзальному порогу,
Чтоб проводить меня и вас
В далекую дорогу.
А есть ли булочная тут?
Да вот она! Смотри:
Буханки, булки продают,
Баранки, сухари.
Батонов, бубликов гора
И сдоба всех сортов.

Но дальше ехать нам пора.
Наш поезд в путь готов.
Поехали, поехали,
Одну строку проехали,
Еще строку и две,
И наконец доехали

До третьей буквы — «В».
Вот буква «В» видна вдали
Красивая, витая,
Как будто крендель испекли,
Приезжих поджидая.
Пойдем по скошенной траве
И добредем до буквы «В».

Вот водокачка. Вот вокзал.
Вагоны, вагонетки.
Вон паровоз товарный стал
На самой дальней ветке.
Один состав вдали исчез,
Второй — у семафора.
Из Севастополя экспресс,
Владивостокский скорый.

А есть вагон, что может нас
Доставить к морю на Кавказ.
И если хочешь через день
Увидеть влажную сирень
И волны у балкона,
Шагни с платформы на ступень
Вот этого вагона.

У нас великая страна,
Одна шестая света.
Еще на севере весна,
А уж на юге лето.

Но поезд отправляется,
В дорогу отправляется,
В пути он изгибается,
Несется по дуге.
И скоро появляется
Пред нами буква «Г».
Да, перед нами буква «Г»
Стоит подобно кочерге.

В конце дороги у горы
Копают грунт машины.
А вот готовят гончары
Горшки из красной глины.
Гончар сидит за верстаком
И мнет руками мягкий ком,
Вертящийся на диске,
И ком становится горшком,
Кувшином или миской.

Чтоб глина сделалась тверда,
Чтоб из нее ушла вода,
Стоят горшки и кружки
На полках для просушки.

А для того, чтоб стал красив
Горшок из глины красной,
Его должны мы, просушив,
Покрыть глазурью ясной.

Теперь горшок пора обжечь,
И в первый раз идет он в печь.
Горшок выходит из огня
Румянее и краше,
Готовый с завтрашнего дня
Варить борщи и каши.

Один в другом стоят горшки,
И ждут они отправки.
Их повезут грузовики
К дверям посудной лавки.

Вот гуси с выводком гусят
Галдят, шипят, как змеи.
Грузовику они грозят,
Вытягивая шеи.

Но не страшна грузовику
Гусей горластых стая.
Гудком грозит он гусаку,
Дорогу расчищая.

Глядите: голуби летят,
И снегом серебристым
Их крылья белые блестят,
Мелькая в небе чистом.

Как будто ветер снег пронес
Под самым небосклоном.
Но вновь гудит наш паровоз,
Пора нам по вагонам!

Отъехали от станции.
А вылезем мы где?
Мы вылезем на станции,
Где будет буква «Д».
Видны за окнами дома
И дети на дорожках.
А вот и буква «Д» сама
На самоварных ножках.

У дороги лес дубовый,
До плеча нам этот лес.
А когда-нибудь дуброва
Здесь раскинет свой навес.
Заведутся здесь лисицы.
Мед в дупле найдет медведь,
На деревьях будут птицы
Гнезда вить и песни петь.

Это желуди когда-то
Посадили здесь ребята,
Чтобы вырос до небес
Богатырь — дремучий лес.

У той же буквы строят дом
Большой, многооконный.
Встает этаж за этажом
Железный и бетонный.

В жару, и в холод, и в туман
Возводят дом рабочие.
Им подает подъемный кран
Цемент, кирпич и прочее.

Растет домище-великан,
Дорос почти до крыши.
И с каждым днем подъемный кран
Уходит выше, выше.

Но снова мы поехали
По узкой колее
И наконец приехали
К вокзалу с буквой «Е».

Буква «Е» — она же «п»
Вроде этажерки.
(Полка средняя ее
Не совсем по мерке.)

Мы сошли у буквы «Е»,
Посидели на скамье.
Ежевики мы поели
И в реке меж камышей
Осетра поймать хотели,
А поймали трех ершей.

В этом месте очень колко
Все, что в руки ни возьмешь:
Нам ладони колет елка,
Ежевика, ерш и еж.

Нам в лесу попался ежик.
Но, подняв его с земли,
Головы его и ножек
Разглядеть мы не могли.

Ощетинил он иголки,
Словно иглы старой елки,
Спрятал ноги, спрятал нос
И в клубок свернулся колкий,
Будто перьями оброс.

Отпустил я недотрогу.
Но довольно о еже.
Нам пора опять в дорогу.
Уезжаем к букве «Ж».

Эта буква широка
И похожа на жука.
Да при этом, точно жук,
Издает жужжащий звук:
Ж-ж-ж-ж!

Жужжат над лугом в жаркий день
Кружащиеся пчелы
И шмель мохнатый, и слепень,
И майский жук тяжелый.

Но есть другой жужжащий звук:
Жужжит не овод и не жук,
Не дружный рой пчелиный,
Не рыжий шмель и не комар.
С жужжаньем мчится на пожар
Машина за машиной.

Должно быть, каждый видел дом
В два этажа и выше
С большим двором и гаражом
И вышкою на крыше.
Смотрите — в верхнем этаже
Пожарные сидят.
А ниже — в светлом гараже
Машины в дверь глядят.

Сигнал дежурный подает,
И через миг один
Бежит наружу из ворот
Отряд автомашин.

Ребенок, может быть, в избе,
Шутя, огонь зажег.
Иль сажа вспыхнула в трубе,
Иль загорелся стог,
Горит жилье или амбар
В ночной тиши иль днем,
Жужжащей пулей на пожар
Летят борцы с огнем.

Добит огонь — разбойник злой,
И вот уже назад
Несется дружно удалой
Пожарников отряд.

Но туча на небе встает.
Уж верно, быть грозе.
А нам пора на самолет
Летим мы к букве «3».

На эту букву посмотри
Она совсем как цифра три.
В звезде найдешь ты букву «З»,
И в золоте, и в розе,
В земле, в алмазе, в бирюзе,
В заре, в зиме, в морозе.
И в звонкой зелени берез,
И в землянике зрелой.

А мы летим с тобой в колхоз,
Где все зазеленело.
Шумят колхозные сады,
Звенит трава зеленая,
И даже в зеркале воды
Есть зелень отраженная.
Не испугает нас гроза,
Летим мы выше туч.
И нам в пути слепит глаза
Закатный длинный луч.

Вот за рекой большой колхоз,
Зеленые луга.
В тиши стада коров и коз
Жуют, склонив рога.

Ребята разожгли костры
Из трав и сушняка,
Чтоб разлетелись комары
От сизого дымка.
Мы на зеленую траву
Садимся меж ребят.
Мы их зовем к себе в Москву.
— Зимою! — говорят.

Читайте также:  Недержание мочи у женщин после 50 лет к какому врачу обратиться

Картошку мы печем в золе.
Но надо уезжать.
И, разбежавшись по земле,
Взлетаем мы опять.
Несемся ввысь, летим вперед
Сквозь тучи грозовые
И прилетели на завод,
Что нашей родине дает
Машины грузовые.

Здесь много трудится людей,
Машины создавая.
Из многих строится частей
Трехтонка грузовая.
Из многих строится частей
Мотор, коробка скоростей,
И кузов, и кабина,
Мосты — и вся машина.

Все эти части до одной
Не соберешь руками.
Они на ленте подвижной
Друг к другу едут сами.
А лента движется вперед
И дни и ночи напролет.
И вот, когда придет пора,
Мотор на место сядет.
Его на раме мастера
Заботливо приладят.

Теперь на раме есть мотор,
Кабина, где сидит шофер.
Сейчас поставят кузов
Для перевозки грузов.

Надев колеса, в бак зальют
На первый путь бензину.
Затем обкатчику сдают
Готовую машину.
Мотор обкатчик заведет
И выезжает из ворот.

А нам, друзья, лететь пора.
Исправилась погода.
Здоровы будьте, мастера,
Рабочие завода!
Дорога змейкою бежит,
А реки, как ручьи.
Куда ж теперь наш путь лежит?
Конечно, к букве «И».

Спускаясь плавно с вышины,
Находим мы площадку.
Внизу флажки уже видны.
Идем мы на посадку.

Колеса выпустив свои,
Стальная наша птица
Недалеко от буквы «И»
Среди полей садится.

Ты с этой буквою знаком.
Стоят два колышка рядком,
А между ними поясок,
Протянутый наискосок.

Над речкой у обрыва,
Поникнув головой,
Поблескивает ива
Серебряной листвой.
На каждой ветви гибкой
Дрожат от ветерка
Листочки, словно рыбки
В сетях у рыбака.

Шуршат деревья листьями
Над самой рябью вод.
Плывет к причалам пристани
Столичный пароход.

А там на горке над рекой
Идет работа день-деньской,
Ползут змеею стружки.
Готовят детям в мастерской
Из дерева игрушки.

Искусно выточенный конь
Стоит, готовый к бою.
Его за повод только тронь
Помчится за тобою.

Вот самоходный пароход
И поезд с машинистом.
Лишь заведи его — пойдет,
Да как еще — со свистом!

Нам показали мастера
Отличную работу.
Но в путь-дорогу нам пора.
Идем мы к самолету.
Опять мотор мы завели
И, оторвавшись от земли,
Летим над степью гладкою,
И вдруг увидели вдали
Огромное «И краткое».

У станции «И краткое»
Нас встретили загадкою.
«Прочти и отгадай-ка:
Что надо пропустить,
Чтоб можно было зайку
В заику превратить?»

Один из нас минуты три
Подумал над разгадкою
И отвечал: — Крючок сотри
Над буквою «И краткое»!

А в это время над землей
Промчался пчел гудящий рой.
Летят они, как пули.
Несутся пчелы а лес густой,
Чтоб строить новый улей.
Взлетел на клен пчелиный рой,
Повис в зеленой чаще.
А мы возьмем мешок пустой,
Поймаем рой жужжащий.
Мешок ребята отнесут
В подарок пчеловоду.
Пускай в колхозе припасет
Для нас побольше меду.

А мы отправимся пока
К соседней букве — к букве «К».
Опять летим сквозь облака.
Но надо опускаться,
Вот перед нами буква «К».
Стоит жара. Ни ветерка.
Идем к реке купаться.

Кусты на берегах крутых
Нас укрывают тенью.
А мы разделись — и бултых!
Поплыли по теченью.

Купались долго мы в реке,
Копались в мягком иле.
Потом катались в челноке
И карасей ловили.

Среди густого камыша,
Как по лесной тропинке,
Челнок скользил, слегка шурша,
Кругом цвели кувшинки.

И вдруг мы слышим вдалеке
Как будто дробь погони.
С горы спускаются к реке
Рысцою легкой кони.

Ребята гонят жеребят
На ближний плес купаться,
А те играют и шалят,
Куснуть друг друга норовят
И ну — в песке кататься.

Вот черногривый конь гнедой
Погнал волну кругами,
Перебирая под водой
Проворными ногами.

Кипит в реке водоворот,
Несется плеск и ржанье,
Пока под ивами идет
Веселое купанье.

Мы постояли у реки,
Готовые к походу,
Следя за тем, как стригунки
Расплескивают воду.

Кукушка пела нам «ку-ку»,
Но мы «прощай» сказали
Коням, кукушке, тростнику
И лодке на причале.

Опять в кабину сел пилот,
Завел свои моторы,
И полетел наш самолет
В небесные просторы.
Куда ж теперь он полетел?
К ближайшей букве — букве «Л».

На траве лесной поляны
Летний лагерь полотняный.
Погляди: в любой палатке
Вещи сложены в порядке.
Нет лентяев и нерях
В пионерских лагерях!

На площадке легкой змейкой
Алый флаг взлетает ввысь.
Это утром на линейку
Пионеры собрались.

Вместе с ними солнце встало,
Смотрит сверху на ребят,
И в лучах полоской алой
Сотни галстуков горят.

Над столовой — купол неба,
Нет над нею потолка.
Подают нам ломти хлеба
И кувшины молока.

Мы попили и поели
И, сказав спасибо всем,
На машине полетели
К новой букве — к букве «М».

То вниз, то вверх бежит перо,
Рисуя букву «М»,
Как бы спускаешься в Метро
И вверх идешь затем.

В Метро на мрамор и гранит
Ложится мягкий свет.
Сама тут лестница бежит
И все конца ей нет.

Одна из лестниц мчится ввысь,
Другая вниз идет.
Ты можешь сам по ней пройтись,
А хочешь — стой, не шевелись:
Ступенька довезет!

Мелькая, мчатся поезда
По рельсам под Москвой.
В Метро не жарко никогда,
Морозов нет зимой.

Гуляет меж бетонных стен
Бесшумный ветерок.
Но побывать у буквы «Н»
Давно пришел нам срок.

Ты букву «Н» найдешь в свинце,
И в никеле, и в цинке.
Найдешь в начале и в конце,
А также в серединке.

Найдешь и в солнцу, и в луне,
И в синем океане.
Найдешь и в полной тишине,
И в звонком барабане.

Не может быть без буквы «Н»
У бочки дна, у дома стен.
У буквы «Н» — наборный цех.
Готовит книжки он для всех.

Писатель написал рассказ
И новые загадки.
Но написал их только раз
Чернилами в тетрадке.
Нельзя же толстую тетрадь
Сто тысяч раз переписать!
Печатать надо книжки.

В наборной опытный народ
Для книжки буквы наберет
Из ящика без крышки.
Наборщик смотрит в мастерской
В раскрытую тетрадку,
И буквы бережной рукой
Он ставит в ряд — одну к другой
На планочку — верстатку.

Резные буквы из свинца
В ряды он ставит ловко.
Набрал страницу до конца
И обвязал веревкой.

Но утомителен для глаз
Наборный труд старинный.
Пусть поработает за нас
Наборная машина.

Она и строчки наберет,
И отольет в пластинки.
А ты работаешь, как тот,
Кто пишет на машинке.

Строка к строке, строка к строке,
Литой набор ложится.
И вот сверкает на доске
Свинцовая страница.

Она пойдет в соседний зал,
В машину прочно ляжет.
А уж в машине влажный вал
Страницу краской смажет.

Пустил машину машинист,
И чуть налег на чистый лист
Набор, покрытый краской,
Бумага стала сказкой!

Так лист готовят за листом,
Потом переплетают,
И новых сказок толстый том
Читатели читают.

У буквы «Н» прервем поход.
Нам надо отдохнуть.
У «Н» мы встретим Новый год,
Пройдет зима, весна пройдет,
А там и снова в путь!

Мы видим школьный огород.
Водой он свежей полит.
О нем заботится народ
Окучивает, полет.

Лежат здесь окна на земле.
Блестят на солнце стекла.
Под ними лук растет в тепле,
Редис, морковь и свекла.

Смотрите, свежий огурец
Бочком лежит на грядке.
Меж листьев прячется, хитрец,
Играет с нами в прятки.

Вот помидоры, вот салат,
А вот укроп кудрявый.
Здесь овощей не заглушат
Разросшиеся травы.
Пойдем отсюда по тропе
И мы дойдем до буквы «П».

Пред нами птицы разных стран.
Здесь целый город птичий!
Вот розоватый пеликан.
Под клювом у него карман
Для пойманной добычи.

Вот ковыляющий пингвин,
Морской пловец проворный.
А рядом — голубой павлин
Раскинул хвост узорный.

Вот попугай на вас глядит,
Горбатым клювом щелкая,
И тут же перепел сидит
С рябою перепелкою.

У той же самой буквы «П»,
Свернув направо по тропе,
Увидите вы вот что:
Над дверью надпись: «Почта».

Сюда пришло твое письмо,
А почтальон поставил
На нем почтовое клеймо
И тут же в путь отправил.

А дальше поезд, пароход
Или почтовый самолет
Письмо по адресу повез
В такой-то город иль колхоз.
И вот письмо доставлено
Тому, кому отправлено!

Его вручили, например,
Потапову Андрею.
А нам пора до буквы «Р»
Добраться поскорее!

Мы встретили ученика,
И на его шинели,
На уголках воротника,
Две буквы — «РУ» — блестели.

А на фуражке с козырьком
Блестящий ключик с молотком.
Такими хлопцами, как он,
Гордиться могут в школе:
Он и в работе чемпион,
И в пляске, и в футболе.

Не зря такой же ученик
Был первым, кто на свете
В просторы космоса проник
На корабле-ракете.

Всем нашим юным мастерам
Любого званья, цеха
Строителям и столярам,
Электрикам и малярам
Желаем мы успеха!

Но слышен паровозный свист,
Садимся мы в экспресс.
И нас товарищ машинист
Доставит к букве «С».

У буквы «С» сажают сад
Ребята сотой школы.
К весне листвой зашелестят
Деревья-новоселы.

Здесь будут травы и кусты,
И тополя, и клены.
И глянет солнце с высоты
Сквозь каждый лист зеленый.

Большой цветник разбил отряд
Соседней новой школы.
Пускай летят из сада в сад
Через дорогу пчелы!

Пусть блещет каждый сад и сквер
Своим цветным нарядом.
Пусть будет весь СССР
Сплошным цветущим садом!

У буквы «С» — сосновый бор.
Сосна к сосне, как на подбор.
Спилили толстые стволы
И в доски превратили,
А столяры из них столы
И стулья сколотили.

А самый стройный, гибкий ствол
Служить на парусник пошел
И мачтой в синем море
Гуляет на просторе.

Есть по соседству зоосад.
Там за решетками оград
Живут сычи и совы,
Синицы, страусы, сурки,
Слоны, горбатые быки,
Косматые коровы.

Пасется северный олень,
И соболь спит на полке.
И, как собаки в жаркий день,
Сидят, скучая, волки.

Трусливый суслик у стены
Снует, шурша в соломе.
Стоят огромные слоны
В своем слоновьем доме.

Спокойно дремлет старый слон
И хлопает ушами.
И ходит слух, что ночью он
Дрожит перед мышами.

Вот уши серые торчат
Откормленного зайца.
А там семейство медвежат
На сене кувыркается.

Висит, качаясь на хвосте,
Смешная обезьянка.
Но нам пора на букву «Т».
Бежим до полустанка!

Мы так давно с тобой в пути.
Скучают наши мамы.
На телеграф бы нам пойти,
Послать им телеграммы!

Нам из окна телеграфист
Дает бумажный тонкий лист,
И пишем мы три слова:
«Здоровы будь здорова».

За телеграмму с нас берут
Положенную плату.
А через несколько минут,
Стуча ключом, передают
Слова по аппарату.

Нам говорят, что через час
Доставят телеграммы.
Но мама не услышит нас.
Поговорить бы с мамой!

Пред тем, как тронулся вагон,
Успели на минутку
Мы забежать на телефон.
И вот зовут нас в будку.

Телефонист дает Москву,
А говорим мы сами:
— Прощай! Мы едем к букве «У»!
Кричим мы в трубку маме.

Заходим в школу на часок.
Стоят рядами парты,
И отвечают свой урок
Ученики у карты.

Вот первый школьник показал
Моря своей указкой.
Другой нашел на ней Урал,
Потом хребет Кавказский.

Урал на карте очень мал,
В длину четыре пальца.
На карте нет ущелий, скал
И нет заводов, где металл
Готовят нам уральцы.

Учитель прочитал рассказ
И будто на Урале
На рудниках за этот час
Мы с вами побывали.

Мы постояли у печей
Завода на Магнитке,
Где, как сверкающий ручей,
Чугун струится жидкий.

В земле железная руда
Спала бессчетные года,
Скрывалась в недрах темных,
Но рудокоп ее достал,
И вот металл заклокотал
В печах огромных
Домнах.

Сейчас в ковши он будет течь,
Нас обдавая жаром.
Потом в мартеновскую печь
Пойдет он к сталеварам.

Но вот кончается урок.
Идут гулять ребята.
А наг в живой свой уголок
Уводят два юнната.

Здесь в уголке живут ужи.
Мы их берем без страха.
А вот лягушки и ежи,
Удод и черепаха.

У черепахи главный шеф
Юннат Углов Володя.
Но нам пора на букву «Ф».
Плывем на пароходе.

Фанфары слышатся вдали:
На пристани у мола
Наш пароход встречать пришли
Любители футбола.

Команды двух военных школ
Играть приехали в футбол.
Идем смотреть на этот матч.
Суворовцы с налета,
Открыв игру, забили мяч
Нахимовцам в ворота.

И хорошо, что не в свои!
Но слышен грозный свист судьи.
Судья зовет к порядку
Футбольную площадку.

Игра горячая футбол!
Для уравненья счета
Нахимовцы забили гол
Суворовцам в порота.

Еще не кончена игра,
А нам гудок из гавани
Напоминает, что пора
Опять пуститься в плаванье.

Наш пароход всю ночь плывет.
Морская гладь спокойна.
И вдруг в пути мы видим флот
Советский китобойный.

Он быстро движется к земле.
Соскучился по дому.
И флаг на каждом корабле
Рад ветерку родному.
Ходили фабрики-суда
Почти под самый полюс.
Они не раз с горами льда
И с бурями боролись.

А кит — бродячий великан
Их обдавал волною
И вверх выбрасывал фонтан
В пять метров вышиною.

Везет флотилия в Союз
Китовый жир, китовый ус,
Добыча не плоха!
Мы проводили корабли,
А сами к гавани пошли
К ближайшей букве «X».

Недалеко от буквы «X»,
Как снег, белеют вороха
Очищенного хлопка.

Откуда этот снег идет?
Его дает чудесный плод
Хлопчатника коробка.
Полна коробка волокна.
В коробке зреют семена.
Когда же осенью она
Свои раскроет створки,
Приходят дни уборки.

Уборка — хлопотливый труд.
Усердно хлопок соберут
Колхозы-хлопководы.
Потом на склады повезут,
Оттуда — на заводы.

Но снова едем мы в колхоз.
Нам встретился художник.
Он ящик с красками привез
И свой станок — треножник.

Привез художник и тетрадь,
И белый холст на раме,
Углем он начал рисовать,
А мы — карандашами.

Нарисовали мы с холма
Поля колхозные, дома.
В полях уборку хлеба
И над полями небо.
Нарисовали пастуха
У дома на крыльце.
Потом, покинув букву «X»,
Пошли мы к букве «Ц».

У буквы «Ц», достав билет,
Мы побывали в цирке.
Медведь ведет мотоциклет,
А цапли — пассажирки.

А вот наездник цирковой
Гарцует на осле.
Ногами вверх, вниз головой
Стоит он на седле.

Вот двое братьев-медвежат
Цепочку натянули,
И обезьяна-акробат
Качается на стуле.

У обезьяны на плече
Собака-танцовщица.
Но нам пора на букву «Ч»
Отсюда торопиться!

В пути нам захотелось пить.
И вдруг в дремучей чаще
Мы видим тоненькую нить
Лесной ручей журчащий.

Поет он чистым голоском,
Чешуйками струится.
И, наклонясь над ручейком,
Мы напились водицы.

Какая сладкая вода
Здесь — в чаще незнакомой!
Такой воды мы никогда
Не пробовали дома.

Наполнив чайник через край,
Мы воду вскипятили
И очень вкусный, свежий чай
В лесу из чашек пили.

Потом пошли мы, не спеша,
К соседней букве — к букве «Ш».

Идем-бредем — за шагом шаг
Весь день без остановки.
И вот пришли в универмаг
Купить родным обновки.

В универмаге продавцы
Нам шарфы показали,
Шелков различных образцы
И шерстяные шали,
Тут шапки, шляпы для ребят
Лежат в одном отделе,
В другом на вешалках висят
И шубы и шинели.

В ларьке направо — шоколад.
В ларьке налево — лимонад.
Здесь только нет для нас борща.
Его найдем у буквы «Щ»!

У шипящей этой буквы
Щи и борщ кипят в котлах.
Сколько свеклы, сколько брюквы
И капусты на столах!

Сколько репчатого лука
На большой сковороде!
Лещ и карп, карась и щука
Тихо плавают в воде.

Перед каждой новой сменой
Здесь наводят чистоту.
Долго моют пол и стены,
Моют щетками плиту.

Все начищено до блеска.
От кастрюль струится свет.
Здесь машина-мясорезка
Рубит мясо для котлет.

Чистит овощи машина,
Мелет кофе, режет сыр,
И с картошки лентой длинной
Сам снимается мундир.

Пищей свежей и здоровой
Кормит досыта народ
Эта фабрика жаркого,
Щей наваристых завод!

Мы славно пообедали
У щедрой буквы «Щ».
Всего мы здесь отведали:
И щуки и борща.

А рано утром натощак
Пошли мы к букве «Твердый знак».
Но не могли найти никак
Ни твердый знак,
Ни мягкий знак.

Мы долго думали в пути,
Где эти знаки нам найти,
И после размышленья
В печать решили мы послать
Такое объявленье:
«Пропала
Не собака,
А два
Печатных знака.
Найти их рядом мудрено.
Но, может быть, однако,
Словцо отыщется одно,
Где будут оба знака?»

В одной из утренних газет
Мы через день прочли ответ
От школьника Листова
Из города Ростова.

Илья Листов ответил так:
«И твердый знак, и мягкий знак
Найдешь в одно мгновенье.
Ты их найдешь,
Когда прочтешь
Свое же объявленье!»

Мы обЪявленЬе перечли
И оба знака в нем нашли.
И написали мы в Ростов:
«Благодарим, Илья Листов!»
Потом в автомобиле
Мы съехали с горы
И быстро докатили
До станции «Еры».

Так сотни лет звалась она
До нас, в былые времена.
А нынче эту букву мы
Обычно называем «Ы».

Глядим, — у станции «Еры»
Заборы красят маляры.
Спросили мы у маляров:
— Скажите, маляры,
Где отыскать десяток слов,
В которых есть «еры»?

Нам отвечали маляры:
— Нет случая такого,
Чтоб эта самая «еры»
Была в начале слова.

Бывает эта буква
В конце и в середине.
В конце капусты, брюквы
И в середине дыни.

Легко найдете вы «еры»
В словах «костры» и «топоры».
В «бутылке» и в «корыте».
Еще три слова на «еры»
Вы сами подберите!

Сказав спасибо малярам,
Мы покатили по горам,
Помчались легче пуха
По гладкой, ровной колее
И увидали букву «Э»,
Похожую на ухо.

До этой буквы нас довез
Не паровоз — электровоз.
Он нас домчал в короткий срок.
Его толкал электроток.

Несет нам ток электросеть,
Чтоб лампочки могли гореть,
Чтобы до утренней зари
Светили ярко фонари.

Мы в светлый зал гуськом вошли,
Там, выстроившись в ряд,
Жужжат машины, как шмели,
Таинственно гудят.

Они не ткут, они не шьют
И не прядут для нас.
А то, что нам они дают,
Невидимо для глаз.

Идут от дома провода
На запад, на восток.
По ним в колхозы, города
Бежит электроток.

Вот почему мы этот дом
Электростанцией зовем.
У той же буквы есть экран
Большое полотно.

Пред тем, как сесть в аэроплан,
Смотрели мы кино.
Мы видели киножурнал,
Чапаевцев в бою.
Потом автобус нас помчал
На главный аэровокзал.
Летим до буквы «Ю».

В пути, в неведомом краю
Нам компас — лучший друг.
Одной заглавной буквой «Ю»
На нем отмечен Юг.

А стрелка легкая — магнит
На Север кончиком глядит.
Довольно Север мне найти,
И я в короткий срок
Определить могу в пути,
Где Запад, Юг, Восток.

Над облаками мы летим
По компасу на Юг,
На берег моря, в Южный Крым,
Где нет зимою вьюг.
На Юге к морю мы пошли.
Валы бегут, шумят.
Глядим: пускает корабли
Компания ребят.

Один из них нам показал
Устройство корабля.
— Вот это, — говорит, — штурвал
Иль колесо руля.
— Вот палубы! — сказал моряк.
Переднюю зовут
По-нашему — морскому — «бак»,
А кормовую — «ют».

И долго с юным моряком
Мы разговор вели.
Отлично с морем он знаком
И знает корабли.

Он рассказал нам по пути,
Что очень любит флот
И в юнги думает пойти,
Чуть только подрастет.

Мы с черноморцем удалым
Расстались, как друзья.
И, покидая Южный Крым,
Несемся к букве «Я».

От буквы «А» до буквы «Я»
Течет река Аму-Дарья.
Полна воды Аму-Дарья.
Ее могучая струя
Пойдет туда, где ныне
Еще безлюдные края,
Песчаные пустыни.

Пускай в песках, где пауки
Да ящерицы жили,
Перекликаются гудки
И хлопка мягкие тюки
Везут автомобили.

Пусть будет хлебным этот край,
Безводный и бесплодный.
Пусть яблок, ягод урожай
Приносит ежегодно!

От буквы «А» до буквы «Я»
Течет река Аму-Дарья.
От буквы «А» до буквы «Я»
Идет и азбука моя.

По ней везли нас поезда,
Морские пароходы.
Мы повидали города,
Колхозы и заводы.

На самолете мы неслись,
Спускались вниз, взлетали ввысь.
На легкой лодке плыли,
Тряслись в автомобиле.

И вот доехали, друзья,
Мы до последней буквы — «Я».
А эта буква оттого
Считается последней,
Что ты себя же самого
Не ставишь в ряд передний.

Не могут ждать у нас в стране
Почета, славы, чести
Те, у которых «я» да «мне»
Стоят на первом месте!

Народ толково и не зря
Расставил буквы букваря.
Ты эти буквы заучи.
Их три десятка с лишком,
А для тебя они — ключи
Ко всем хорошим книжкам.

В дорогу взять не позабудь
Ключей волшебных связку.
В любой рассказ найдешь ты путь,
Войдешь в любую сказку.

Прочтешь ты книги о зверях,
Растеньях и машинах.
Ты побываешь на морях
И на седых вершинах.

Найдешь ты храбрости пример
В своей любимой книжке.
Увидишь весь СССР,
Всю Землю с этой вышки.

Тебе чудесные края
Откроет путь от «А» до «Я».

источник